Молитва Исусова

Поскольку основным орудием христанина в непрекращающейся духовной брани с князем мiра сего является молитва, наипаче же молитва Иисусова, то автору видится полезным сделать почленный разбор оной, что, по его мнению, позволит творить ее более осознанно, а, значит, и с большей духовной пользой. Сразу оговоримся, во избежание недоумений, что мы признаем равночестным и православным написание имени Господа нашего как Исус, так и Иисус, что видно на примере древнейшего памятника Русской письменности — Остромирова Евангелия -, в коем допускаются оба варианта.

Итак, приступим.

Господи Исусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешного.

I. Господи. Слово «Господь» (по-гречески Kurios) к моменту возникновения христианства означало правителя, наделенного особыми полномочиями для управления обширной империей. Достаточно сказать о том, что титул «Господь» на тот момент могли использовать лишь римские императоры, желавшие подчеркнуть божественный источник их власти. Но именно титул этот и не признавали за ними христиане, которые, невзирая на преследования и угрозу смерти, утверждали, что в мiре один Господь, один Носитель Божественной власти — Иисус Христос. Только за этот отказ назвать «Господом» кого-либо, кроме Христа, Римская империя преследовала христиан на протяжении двухсот лет. Таким образом именуя Исуса Христа Господом мы исповедуем Его Вседержителем, Царем Вселенной.

II. Исусе. Это имя на древнееврейском звучит как «екхо шуа». «(Еш)шуа» означает «спасение», «екхо» — это Яхве (Сущий) – одно из Имен Божиих. Именуя Господа Исусом мы исповедуем Его Спасителем, посланным  Богом.

III. Христе. Христос (Χριστός от др. греч. χρῖσμα, χρῖμα, χρῖσματος — «мазь, масло») — букв. «помазанник». Это перевод еврейского слова מָשִׁיחַ (Машиах). Слово употребляется как эпитет, обозначающий причастность к Святому Духу в результате помазания елеем. В Ветхом Завете помазанниками (или христами) назывались цари, пророки и первосвященники после принятия ими должности и последующего помазания как свидетельства особого дарования и избранности (Исайя 45; 2 Цар. 14). Именуя Господа Христом мы утверждаем, что Он помазан Господом Духом как на царское, так и на священническое служение по чину Мелхиседека и тем самым вобрал в Cебя полноту церковных служений.

IV. Сыне Божий. Именуя Господа Сыном Божиим мы исповедуем Его Богом, единым от Троицы, предвечным, единосущным Отцу и Господу Святому Духу, рожденным, а не сотворенным и воплотившимся Словом.

V. Помилуй мя. Здесь будет уместно привести отрывок стенограммы лекций по псалмам царепророка Давыда, читанных переводчиком и экзегетом Евгением Андреевичем Авдеенко, поскольку на древнееврейском языке с учетом библейского контекста слово «ханан» (помилуй) раскрывает на первый взгляд совершенно новые смыслы:

««Помилуй меня, Боже, по милости Твоей».

Про себя сразу нужно иметь в виду второе значение слова «помилуй». «Облагодатствуй меня, Боже, по милости Твоей». Это связано с двойным значением глагола «ханан». Первое и основное – это проявлять расположение в виде даяния и дара. Например: заемлет нечестивый и невозвращает, а праведник милует и даёт.

На языке библейском возможно сказать: «дети, которыми Бог помиловал меня». «Торой Твоей помилуй меня».

Что особенно важно: того же корня, что и этот глагол «ханан» — помиловать и облагодатствовать, существительное «благодать». Это первое и основное значение глагола.

И второе, его тоже обязательно нужно иметь в виду, но оно традиционно вышло на первый план. Пусть так и остается. Со стороны человека это «щадить», «жалеть»; со стороны Бога это «миловать», «не вменять». Никогда этот глагол не употребляется в связи с судебной процедурой.

Итак, слова «миловать» и «благодать» — одного корня.

«Помилуй» означает главным образом «облагодати», «облагодатствуй», также «не вмени», но никогда не обозначает оправдательного приговора. Милость на древнееврейском – это совсем другой корень нежели помилуй. Милость — это «хэсет». Это слова от разных корней. А в русском и в греческом — это слова одного корня. Поэтому, необходимо было переводить «помилуй мя, Боже, по велицей милости Твоей». На языке оригинала такого уточнения не нужно.

Итак, милость – «хэсет». Два ключевых текста есть, чтобы понять, что такое «хэсет», что такое милость. Это то, что Христос сказал: «пойдите, научитесь, что есть милости хочу, а не жертвы». И второй текст из псалма Давида (4-го) : «познайте, что отделил Господь милостивого для Себя». Из Нового Завета в Ветхий, из Ветхого Завета в Новый, с усилием, чтобы научиться и познать, нужно всё время расчищать русло для понимания, что есть милость. Вот Господь сказал, чтобы мы не ослабевали в этом, потому что это стержень понятия святости: милость.

Итак: от Библейского понятия помиловать «ханан» выстраивается цепочка понятий. Это:

Помиловать — «ханан»

Милость — «хэсет»

Благость — «туф»

«По милости Твоей, вспомни меня Ты ради благости Твоей».

В Библейских «помилуй» и «милость», (это очень важный), (ханан и хэсет) положительный аспект даяния преобладает над отрицательным. Положительный аспект — это «даяние для», а отрицательный это «избавление от». Так вот, положительный аспект доминирует. И в этом состоит одна из капитальных основ Библейского мiровоззрения, что совершенно логично, если вспомнить, что такое пустота Библейская. Если что-то пусто, то заполняется противоположным. То есть, пустое от доброго есть злое. Пустое от истины обязательно будет ложь. Так вот, даяние благодати, когда мы говорим «помилуй», «облагодатствуй», приводит к тому, что пустое исчезает, злое и греховное рассеивается, и человек становится помилован.

Вот это первый блок рассуждения, который нам необходим. Три понятия связаны друг с другом: «ханан» — помиловать, «хэсет» — милость и «туф» — благость. Положительный аспект мощно преобладает над отрицательным.

В первую очередь это для тех, кто молится по церковнославянски, потому что у нас с «помилуй» связано помилование. Вот, ничего общего, конечно с этим нет: с судебной процедурой точно ничего нет общего. И вот этот положительный аспект, он хорошо выражен в греческом языке. Так «элейсон» — помилуй, того же корня, что олива. А на оливе растут оливы, а из олив делают елей – масло. Поэтому в прошении «Кириос элейсон» для человека, который молится по-гречески, заключено, прежде всего, прошение о врачующей и питающей силе благодати. Потому что елей — это самое древнее лекарство обеззараживающее и элемент питания.

Следующее рассуждение. С глаголом «помиловать» связан глагол «рехам» — «жалеть», «сострадать». Вот эта пара глаголов имеет исключительное значение для всего богословия Ветхого и Нового Завета. Почему? Посмотрите, два глагола: помиловать и пожалеть. Они явятся в одном стихе здесь, у Давида: помиловать и пожалеть. Два глагола. Почему они так важны? А потому что они связаны с именем Яхве, точнее, связаны с тавтологичностью этого имени.

Вот сейчас я обязан буду рассказать вам об имени «Яхве» с тем, чтобы мы поняли, что такое полная тавтологичность.

Моисей просил об имени Божьем. «Сыны Израиля скажут мне, что имя Его, что скажу им? И сказал Эллохим Моисею: есмь кто есмь – вот имя.». Вот имя Божье. «Есмь, кто есмь» — яхе ашер яхье. Полная тавтология указывает на абсолютную самотождественность божественного бытия. Бог в отношении к Себе Самому абсолютно непознаваем и неименуем. Нельзя сказать, что он Бог, нельзя сказать, что он благ, нельзя сказать «он существует», нельзя сказать просто «он» и «это». Бог в отношении Себе Самому абсолютно непознаваем. То есть, вот эта часть имя Божьего, есмь кто есмь, это как раз вот эта вот полная тавтология.

И вторая часть имени Божьего должна заключаться в отношении к сотворённому мiру. Итак, первое – полная тавтология – Бог в отношении к Себе. И вторая часть имени это в отношении к сотворённому мiру. Опять связано с Моисеем. Это теперь уже 33-я глава книги Исход. Моисей просил Господа: «дай же мне видеть славу Твою». Вот дерзновение! Помните, славу «кавот», рассуждали мы о славе. Видеть славу Твою! А Господь ответил Моисею не о славе, но о благости (помните «туф») и помиловании. «И сказал Господь: Я проведу всю благость Мою пред тобою и назову имя Яхве пред тобою и помилую кого помилую и пожалею кого пожалею».

Как это понимать? Смотрим на языке оригинала. Ещё раз уточняем. Так, в порядке слов оригинала: «я помиловал». По-русски хочется сказать «уже». Давайте я добавлю слово «уже», чтобы было понятнее.

«и уже Я помиловал кого помилую, и уже Я пожалел, кого пожалею».

То есть, в имени Моём услышишь: «кого Я помилую – вот Я помиловал, а кого Я пожалею – вот Я пожалел».

То есть, что произошло? Моисею дано было постичь надвременный объём Божественной милости и жалости как если бы он в раз увидел всех помилованных и тех, кого Господь Своей жалостью посетил. Как Авраам смотрел на звёзды, а видел не звёзды, помните? Это был образ Церкви. Точно также Моисею было дано в раз увидеть надвременный объём того, что такое «помиловать» и «пожалеть».

В имени Божьем должны сочетаться два аспекта: это полная самотождественность, полная тавтология «яхве ашер яхве», «есмь кто есмь». Божественное бытие в отношении к себе самому абсолютно непознаваемо, о нём даже нельзя сказать, что оно непознаваемо. Вообще ничего нельзя изречь. О каком имени может тогда идти речь, если оно неименуемо? Остается только один приём :  произнести полную тавтологию «есмь кто есмь». Причём, обратите внимание: это личная форма глагола. Есмь кто есмь. Этот аспект исчез из греческого перевода. По понятным причинам он исчез, и там получили: «я есмь сущий». «Тота го он». Мы видим это написание греческими буквами на иконе Спасителя. Сущий, что должно утверждать Его божественную природу.

Вот, но «сущий», здесь тавтологии во-первых нет, а во-вторых, нет личной формы глагола, потому что сущий это причастие. А есмь это личная форма глагола.

То есть, понятно: то, что неименуемо, может быть поименовано не иначе как через полную тавтологию.

Второй аспект – в отношении к сотворённому мiру. Это уже не полная тавтология. Это будет тавтологическое выражение: «и я помиловал кого помилую, и я пожалел кого пожалею». «Ваха ноте эташерахон». Ну, когда читаешь, не видно, что это тавтология. Когда буковки все написаны, видно, что это один и тот же глагол. «Ваханати эташерахон, бер аханти эт ашер арахе». Помилую, помиловал. Пожалею, пожалел.

Второй аспект имени Божьего выражается через посланность. Посланность это отношение. Как сказал Господь Моисею: «есмь послал Меня к вам». То есть, посланность пророка или апостола в чём имеет своё основание? В есмь. В самом бытии Божьем. Откуда такая сила была в пророках? Почему они никого не оставляли равнодушными? Кто-то вот устрашался, а кто-то их ненавидит страшно и убивали их поэтому. Откуда такая сила посланничества, у апостолов такая сила была? А потому что эта сила исходит непосредственно от Божьего бытия. И в этой посланности суть замысла Божьего о мiре. А суть замысла Божего о мiре это миловать и жалеть.

Вот как Господь относится ко всему сотворённому мiру. В том числе к тому, который возник после грехопадения.

Вот, сказал Христос апостолам: «Вот, Я посылаю вас как овец среди волков». Да, но как овце среди волков выжить? А это когда у овцы больше сил чем у волков. А почему больше сил? А потому что они связаны с божественным «есмь».

«Когда же будут предавать вас, не заботьтесь, как или что сказать, ибо в тот час дано будет вам что сказать ибо не вы будете говорить, но дух Отца вашего…». Понимаете как, Он же поставил с ними Себя как брат. Говорит: «отец Мой», и «отец ваш». «Дух отца вашего будет говорить в вас».

Ещё раз повторяю, это важно: в имени Божьем обязательно должны быть эти части: «есмь кто есмь» — это тавтология, она соотносится с «помилую» и «пожалею». Вот, «есмь» Творца имеет основание только в Его «есмь». «Помилую» имеет основание только в «помилую». «Пожалею» имеет основание только в «пожалею».

Важнейшая мысль: «помилую» и «пожалею» не имеют под собой никакого мотива или причины. Они не имеют под собой никакой метафизики. «Помилую и пожалею» — это самое безусловное, что есть на свете. Имеет в себе бытие только Бог и Его «помилую» и «пожалею». Поэтому, Бог есть, утверждает апостол Иоанн, любовь. Вот что имеется в виду. Бог есть любовь. То есть, вся суть Его замысла к мiру: помилую и пожалею. Иначе можно сказать, как сказал апостол: любовь.

В псалме сострадание и милость, говорит Давид в 24 псалме, «сострадание и милость, от века они. Бог венчает человека (коронует) Своей милостью и состраданием». Это 102 псалом.

Понятно, что если являются милость и жалость к человеку, то он уже не безучастен к божественному «есмь». Смотрите, чего просит Давид: я хочу быть причастен к Твоему «есмь».

Ну, это самая дерзновенная молитва, которая только может быть: это «Господи помилуй». То есть, возвысь до Себя; удели от Своего бытия.

Апостол Пётр, как известно, особо учёным не был, но он ясную дал такую формулировку, над которой бились богословы много веков: человеку возможно стать причастником божественной природы.

Это… ну как это? Творец есть творец. А творение есть творение. Между нами всегда будет различие. Наша природа различна. А апостол Пётр не обинуется: человеку можно стать причастником божественной природы. И для того, чтобы обосновать такую возможность, в православии было разработано учение о нетварных энергиях, или, как говорит Паисий Величковский: «милость Божья есть благодать Всесвятого Духа».

Вопрос: удастся ли нашей душе со всяким «Господи помилуй» вспомнить о божественном «есмь». Это вопрос аскетический. Вот, святые как раз, которые совсем не держали в уме того рассуждения, которое я вам предложил. Они-то как раз так и делали, они так и молились, они хотели, чтобы Господь их возвысил до Себя, уделил от Своего бытия. То есть, вопрос аскетический, но для нашего ума остаётся непреложным: «Научитесь, что есть милости хочу а не жертвы».

Итак, «Господи помилуй» это прошение, связанное с самим бытием Божьим. Понятно ли это?

Поэтому, устрашимся произносить его, знаете, так вот, бездумно.

Ну, хоть вот, на секундочку надо всё-таки понять, чего мы просим!

Паисий Величковский, который тоже по-еврейски не читал, он говорит: «многие, весьма многие милости Господней неприемлют, так как не знают, чего просят».»

VI. Грешного. Здесь мы выказываем сознание собственной болезни – поврежденности в грехе и тем самым исповедуем нашу жажду богообщения, поскольку лишь в Боге мы можем утолить ее ( «Иисус сказал ей в ответ: всякий, пьющий воду сию, возжаждет опять, а кто будет пить воду, которую Я дам ему, тот не будет жаждать вовек; но вода, которую Я дам ему, сделается в нем источником воды, текущей в жизнь вечную». (Ин.4;13-14)) и обрести цельность нашей изначальной природы – исцелиться от вызванного грехопадением прародителей разлада ума и сердца, волевого и нравственного начала.

При написании этого материала автор обращался к трудам прот. Алесандра (Шмемана) и Евгения Андреевича Авдеенко.

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *